Один день Ивана Денисовича (сборник), Александр Солженицын
ru
Александр Солженицын

Один день Ивана Денисовича (сборник)

Kitap eklendiğinde bana bildir
Bu kitabı okumak için Bookmate’e EPUB ya da FB2 dosyası yükleyin. Bir kitabı nasıl yüklerim?
Costa Nice
Costa Nicealıntı yaptı5 yıl önce
редкое быстрое шуршание мышей под обоями покрывалось слитным, единым, непрерывным, как далёкий шум океана, шорохом тараканов за перегородкой. Но я свыкся с ним, ибо в нём не было ничего злого, в нём не было лжи. Шуршанье их – была их жизнь.
Costa Nice
Costa Nicealıntı yaptı5 yıl önce
– Две загадки в мире есть: как родился – не помню, как умру – не знаю.
David Khachatryan
David Khachatryanalıntı yaptı4 yıl önce
Кажется, чего бы зэку десять лет в лагере горбить? Не хочу, мол, да и только. Волочи день до вечера, а ночь наша.
Да не выйдет. На то придумана – бригада. Да не такая бригада, как на воле, где Иван Иванычу отдельно зарплата и Петру Петровичу отдельно зарплата. В лагере бригада – это такое устройство, чтоб не начальство зэков понукало, а зэки друг друга. Тут так: или всем дополнительное, или все подыхайте. Ты не работаешь, гад, а я из-за тебя голодным сидеть буду? Нет, вкалывай, падло!
А ещё подожмёт такой момент, как сейчас, тем боле не рассидишься. Волен не волен, а скачи да прыгай, поворачивайся. Если через два часа обогревалки себе не сделаем – пропадём тут все на хрен.
Иван Перепелица
Иван Перепелицаalıntı yaptı4 yıl önce
Во Фрунзи асфальт варили в котле, и шпана кругом сидела. Я подсел к ним: «Слушай, господа бесштанные! Возьмите моего братишку в обучение, научите его, как жить!» Взяли… Жалею, что и сам к блатным не пристал…
Maxim
Maximalıntı yaptı5 yıl önce
Работа – она как палка, конца в ней два: для людей делаешь – качество дай, для начальника делаешь – дай показуху.
А иначе б давно все подохли, дело известное.
Анастасия Ахминеева
Анастасия Ахминееваalıntı yaptı4 yıl önce
Две загадки в мире есть: как родился – не помню, как умру – не знаю.
Maxim
Maximalıntı yaptı4 yıl önce
По ночам, когда Матрёна уже спала, а я занимался за столом, – редкое быстрое шуршание мышей под обоями покрывалось слитным, единым, непрерывным, как далёкий шум океана, шорохом тараканов за перегородкой. Но я свыкся с ним, ибо в нём не было ничего злого, в нём не было лжи. Шуршанье их – была их жизнь.
Ильяс Таймасов
Ильяс Таймасовalıntı yaptı5 yıl önce
Ужинал Шухов без хлеба: две порции, да ещё с хлебом, – жирно будет, хлеб на завтра пойдёт. Брюхо – злодей, старого добра не помнит, завтра опять спросит.
Анастасия Ямникова
Анастасия Ямниковаalıntı yaptı5 yıl önce
Работа – она как палка, конца в ней два: для людей делаешь – качество дай, для начальника делаешь – дай показуху.
Merrick
Merrickalıntı yaptıgeçen yıl
Учат нас теперь знатоки, что маслом не надо писать всё, как оно точно есть. Что на то цветная фотография. Что надо линиями искривлёнными и сочетаниями треугольников и квадратов передавать мысль вещи вместо самой вещи.
Merrick
Merrickalıntı yaptıgeçen yıl
Ведь это же несправедливо! – всё громче кричала она – то самое, что и он должен был им крикнуть, но он же был директор и не женщина.
Merrick
Merrickalıntı yaptıgeçen yıl
как в ходьбе и движении он борется со своим изобильным телом, вся неблаговидная жирность которого ещё была припрятана умелыми портными.
Merrick
Merrickalıntı yaptıgeçen yıl
У тех людей всегда лица хороши, кто в ладах с совестью своей.
Merrick
Merrickalıntı yaptıgeçen yıl
Торфопродукт? Ах, Тургенев не знал, что можно по-русски составить такое!
Katy Kiseleva
Katy Kiselevaalıntı yaptı2 yıl önce
А ещё есть такие, кто умер за отечество, – ну, как тебе или мне ещё придётся.
Katy Kiseleva
Katy Kiselevaalıntı yaptı2 yıl önce
А мы – мы на Венеру скоро полетим. Мы теперь, если все дружно возьмёмся, – за двадцать минут целый мир перепашем.
Но никогда! – никогда, со всем нашим атомным могуществом, мы не составим в колбе, и даже если перья и косточки нам дать, – не смонтируем вот этого невесомого жалкенького жёлтенького утёнка…
Maxim Zaslavskiy
Maxim Zaslavskiyalıntı yaptı2 yıl önce
Они, москвичи, друг друга издали чуют, как собаки. И, сойдясь, всё обнюхиваются, обнюхиваются по-своему. И лопочут быстро-быстро, кто больше слов скажет. И когда так лопочут, так редко русские слова попадаются, слушать их – всё равно как латышей или румын.
Katy Kiseleva
Katy Kiselevaalıntı yaptı2 yıl önce
Услышал Алёшка, как Шухов вслух Бога похвалил, и обернулся.
– Ведь вот, Иван Денисович, душа-то ваша просится Богу молиться. Почему ж вы ей воли не даёте, а?
Покосился Шухов на Алёшку. Глаза, как свечки две, теплятся. Вздохнул.
– Потому, Алёшка, что молитвы те, как заявления, или не доходят, или «в жалобе отказать».
b4668714304
b4668714304alıntı yaptı2 yıl önce
Вот, говорят, нация ничего не означает, во всякой, мол, нации худые люди есть. А эстонцев сколь Шухов ни видал – плохих людей ему не попадалось.
Aleksandr Meshkov
Aleksandr Meshkovalıntı yaptı2 yıl önce
Кондей (блатн.) – карцер. Без вывода — содержат как в тюрьме. С выводом – только ночь в карцере, а днём выводят на работу.
fb2epub
Dosyalarınızı sürükleyin ve bırakın (bir kerede en fazla 5 tane)